Родственники Калужского, осужденного на семь лет, уверены, что пересмотр его дела проходит с нарушениями (документы)

Об этом нам сообщила гражданская жена Дениса Калужского Марина Пархоменко.

Напомним, в мае на Новособорной прошел пикет в поддержку Дениса, которого обвиняли в убийстве соседа по дому. Суд приговорил молодого человека к семи годам тюрьмы. Однако родственники и друзья Дениса утверждают, что преступления он не совершал, а расследование и экспертизы проведены ненадлежащим образом.

После вынесения приговора подсудимый направил кассации в областной суд. В итоге дело Калужского отправили на пересмотр, а его самого отпустили под подписку о невыезде.

«Накануне состоялось очередное заседание по делу Дениса. Должен был прийти специалист по химической экспертизе, однако вместо него явился эксперт-полиграфист. Тот самый, который в ноябре 2010 года проводил экспертизу с использованием полиграфа, в которой Денис якобы врет, а я его выгораживаю. Хотя независимый эксперт говорит, что экспертиза проводилась с многочисленными нарушениями, поэтому результат был предсказуем. Самое интересное, что на момент исследования этот человек не работал в следственном комитете, а работал в каком-то ЧОПе. Кем он там являлся, нам неизвестно. Но после проведения экспертизы с нашим участием его вдруг взяли в следственный комитет на должность старшего эксперта отдела криминалистики. Мы предполагаем, что это стало возможным после выводов, которые он сделал в заключении экспертизы, нужных следователям», — рассказала Марина Пархоменко.

По закону, говорит Марина, материалы, иллюстрирующие заключение эксперта — фотографии, схемы, графики и так далее, прилагаются к заключению и являются его составной частью. Но таковых документов в заключении эксперта не оказалось. На вопрос, знает ли он о том, что эти документы должны содержаться в заключении эксперта, этот человек ответил отрицательно.

«На вопрос, знал ли он о том, что можно распечатать схемы, графики, чтобы приложить их к заключению экспертизы, он ответил «нет». Тогда его спросили, почему он не предоставил все эти материалы в электронном виде. Он ответил, что без специальной программы их не открыть. Хотя, как нам кажется, это забота суда — обеспечить доступ к данной информации. На вопрос, как можно проверить информацию, изложенную им в исследовании, эксперт ответил, что «как написано, так и есть». То есть предложил просто поверить ему на слово!» — сообщила Пархоменко.

Также защита Калужского не согласилась с мнением эксперта, который заявил, что эмоциональное состояние испытуемого не влияет на результаты исследования при помощи полиграфа. «Меня вообще нельзя было привлекать к исследованию на полиграфе, поскольку я страдаю сердечной недостаточностью. Но это эксперты не приняли к сведению, тем самым нарушив закон», — убеждена Марина.

По ее словам, накануне прокурор заявила ходатайство о проведении дополнительной экспертизы тем же экспертам. «То есть досыпать то, что тогда не досыпали, и доделать то, что тогда они не доделали. В общем, выполнить экспертизу без единого косяка, чтобы не осталось ни одного сомнения в виновности Дениса», — заявила Пархоменко.

Также на заседании проводился осмотр вещей убитого и вещей Дениса. «Некоторые из них были без печатей, необходимых на этих местах. На некоторых были совсем другие печати, а не те, что должны быть. Куртка Дениса, которую он надевал всего несколько раз, была вся измазана реактивами. Принесли и джинсы, которые следователи изъяли, но в вечер убийства Денис был в других джинсах. Но самое главное — пакет с футболкой, в которой был погибший, был распечатан. Она едва не выпала из пакета на грязный пол. Было ясно, что эту вещь до нас распечатывали и доставали неизвестно для каких целей. А может быть, все вещи накануне распечатывали для каких-то операций, и футболку попросту забыли запечатать обратно, как было?» — недоумевает Пархоменко.

Кроме того, говорит Марина, пришедших на заседание тележурналистов, аккредитованных накануне от программы «Человек и закон», не захотели пускать в зал, хотя процесс не является закрытым. «Одной из журналисток пришлось написать специальное прошение, и тогда ее пустили, но не как представителя СМИ, а как обычного слушателя», — добавила Марина Пархоменко.

Она также рассказала про заседание, которое прошло в понедельник, 3 октября. На нем выступал эксперт по специальности «Криминалистическая экспертиза материалов и веществ».

«Он пояснил,что под словом «трусы» подразумевал слово «объекты». А под словом «джинсы» имел в виду «куртка». Хотя в экспертизе сначала описано, что исследуется капюшон и рукава куртки, потом ворот футболки, а затем правый карман джинсов. А они на исследование вообще не предоставлялись. Так вот оказалось, что под словом «джинсы» он имел в виду «куртка». Адвокат спросил, исследовал ли эксперт джинсы. Тот заявил, что нет. На вопрос, откуда же они взялись, эксперт ответил, что его спросил о джинсах следователь. Адвокат спросил, как так вышло, что на исследование предоставлялись шесть пакетов с вещами, а экспертизе подверглись только пять — куда делся шестой пакет? Эксперт ответил: что пришло на экспертизу, то он и исследовал», — рассказала Марина.

По ее словам, так же обстоят дела и с экспертизами, на которые были представлены смывы, счесы и еще четыре фрагмента неопределенной формы черного цвета. «В итоге исследовались и делались выводы по вещам, которые не предоставлялись. Эксперт сослался на технические ошибки. Но какая это техническая ошибка, когда предоставляются одни вещи, а исследуются совсем другие? На все остальные вопросы были в основном следующие ответы: «я думал», «в следующий раз так делать не буду», «я подразумевал», «это техническая ошибка», — сказала Марина.

Следующее заседание в Советском районном суде пройдет 7 октября.

Ознакомиться с текстами кассаций можно здесь.