Записки наблюдателя: уехали из РФ, но голосуют за Путина
![Записки наблюдателя: уехали из РФ, но голосуют за Путина](https://dn1.vtomske.ru/a/8c/9a/8c9a6f436ec8209cedbfdd6727392392_.jpg)
Я стою на высоком крыльце, через дорогу от которого — пальмы и берег Средиземного моря, и смотрю на тех, кто поднимается к входу в здание. Вглядываюсь в их лица, слышу обрывки диалогов. Сегодня я — наблюдатель в день голосования на участке номер 8094, одном из множества зарубежных участков, рассыпанных по миру от Аделаиды (Австралия) до Сиэтла (Западное побережье США). Только в Израиле их четырнадцать! Граждане России, живущие в других государствах, имеют право принимать участие в выборах Госдумы и президента, и реализацию этого права им обеспечивают.
Как я попала в зарубежные наблюдатели? Поехала в гости к родным, поездка пришлась на время завершения президентской кампании. Было ощущение, что оставила свой пост на участке возле дома в Томске, где намеревалась стать наблюдателем. А почему бы не попробовать себя там, где буду находиться? На голосовании в городе Тель-Авив? Почему не подставить плечо? К тому же это просто интересно! Так я вошла в группу из 150 соотечественников, осуществляющих в странах, где они живут, зарубежное наблюдение на российских выборах.
Несколько дней занималась подготовкой, изучением особенностей. Оказалось, что тут при голосовании «все не так». Нет заранее составленных пронумерованных списков избирателей. Вместо них — стопы чистых листов- бланков. Никто не знает, сколько людей придет голосовать и в итоге будет в них внесено. Ориентируются на число стоящих на консульском учете. Поэтому на случай наплыва завозят с дипломатической почтой очень большое количество бюллетеней: так, на участке в Тель-Авиве их было заготовлено девять тысяч. Забегая вперед, скажу, что выдано избирателям чуть больше двух тысяч. Но случались в истории участки, например, в Абхазии и Приднестровье, где за один день проходил поток в 14 и даже 19 тысяч человек!
Голосовать можно как по внутреннему российскому, так и по заграничному паспорту. Единого учета нет, и, если участки расположены близко, избиратель может подъехать и проголосовать на разных. Бывает, что нечистоплотные организации соотечественников организуют подвоз своих сторонников и «карусели». Это случалось в Германии, в Приднестровье.
Словом, возможностей для фальсификаций воз и маленькая тележка. Потому роль добровольцев-наблюдателей очень важна.
Как я поняла, большинство наблюдателей в Израиле — репатрианты последних лет, так называемая путинская эмиграция. Еще не перестали переживать за происходящее в нашей стране.
У бывшей москвички Анны Головей, с которой я общалась теснее всего, опыт наблюдения в очень жестких условиях: случаи, когда для попытки вброса отключали электричество, когда наблюдателям угрожали и даже избивали их.
По сравнению с тем, что она рассказывала, условия в УИК на базе консульского отдела посольства в Тель-Авиве выглядят просто курортными. Комиссия состоит из сотрудников отдела и двух супругов-учителей. Дипломаты оказались столь приятными людьми, что после досрочного голосования я покачала головой: «А ведь у них начальником Лавров, а пиар-службу представляет Мария Захарова!».
Отношение к наблюдателям очень благожелательное. Контакты с нами воспринимали, скорее, как полезное сотрудничество. Тем более что Анна, изучившая законодательство и практику его применения «от и до», давала дельные советы. Она могла бы стать очень толковым ПСГ — членом комиссии с правом совещательного голоса. Но закон запрещает включать в комиссии россиян с двойным гражданством или видом на жительство. Из-за такой нормы на зарубежных участках нередко испытывают сложности с формированием УИК.
Из-за того, что в Израиле воскресенье — рабочий день, голосование было разбито на две части: с 10 до 15 можно было прийти в пятницу и полный день — в воскресенье. Часть времени я могла у входа в офисное здание наблюдать за тем, кто идет на выборы, и задавать вопросы выходящим после голосования.
С утра, как и на всех российских участках, был наплыв стариков. Шли божьи одуванчики, за которыми ежедневно ухаживают няньки от израильских соцслужб... С трудом поднимались по ступенькам едва стоящие на ногах 85-летние старцы, уверенные, что это «Путин вернул им пенсию». Мало кто знает сейчас, что уезжавшие на историческую родину из СССР лишались всего. А потом, когда в 90-е их перестали считать предателями, и последовали «тучные годы», пенсию за советский стаж работы восстановили и стали переводить из России.
А вот совсем другая категория: крепкие дядьки в джинсовках и китайских клетчатых рубахах — будто не в Израиле живут, а их только что выдернули с краснодарского или ростовского рынка 80-х годов. Их супруги с тем непререкаемо уверенным выражением поджатых губ, которых мы во множестве видим у себя дома...
Некоторые «особо патриотичные» являлись в футболках с портретами любимого вождя. Одному такому председатель комиссии предложил застегнуть курточку и не агитировать. Паре, пришедшей с детьми-подростками, застегивать было нечего. Так они после замечания наблюдателя вначале возмутились, потом в коридоре переодели футболки на левую сторону, и зашли снова. Чего не сделаешь ради того, чтобы отдать свой голос!
К вечеру мы с Анной уже наметанным глазом стали отличать: вот этот человек в оранжевой футболке с забавным принтом проголосует не за старого президента, и вот этот, с хвостиком. И эти молодые ребята в шортах, с видом отличников-умниц, и девочка в джинсах с дырками. То есть чем креативнее облик, тем вернее можно было предположить, что избиратель отдаст голос иному кандидату. Иногда скинутый бюллетень ложился в прозрачной урне лицом вверх, и мы видели, что предположения подтверждаются.
Яна, молодая мама двух детей, говорит: «Я и моя мама проголосовали за Ксению Собчак. Мой муж — израильский гражданин, его ребенком привезли из Украины. Мы хотели бы жить с детьми в моей стране, России, если бы страна изменилась. Для меня первостепенно — безопасность и экология. Невозможно везти детей туда, где небезопасно и нечем дышать».
Иногда, протягивая паспорт, человек объяснял, что он турист или в гостях. Встретились занимающиеся по студенческой программе и аспиранты. К слову, входивший в нашу группу наблюдатель в Иерусалиме написал, что приходили ведомые батюшками две группы паломниц в длинных юбках.
Но в основном во всех городах голосовали местные, живущие на земле Израиля. Опрашивая на крыльце после голосования, я слышала знакомые ответы про то, что «больше не за кого», что при нем «сильная Россия», что нравится, какую политику ведет. И про то, что все остальные — «как пауки в банке». Что ж, организация дебатов сделала свое дело. Местные старики говорили откровенно: «Голосуем за того, кто кормит. Кто нам пенсию дает».
Что скажешь таким старикам? А тех, кто помоложе, так хотелось посадить на самолет и вернуть в нашу прекрасную, сильную, вставшую с колен Россию! Чтобы любили свое государство и старую-новую власть, живя на родине, а не в прекрасном далеке.
Пролистывая посты на тему зарубежного голосования, встретила чрезвычайно резко написанный пост жителя Самары Александра Гутина. О тех, кто уехал за границу и выбирает российскую власть, он говорит: «У них гостевой роман с бывшей родиной. Приехав раз в несколько лет в летнее время сожрать пломбир «как в детстве» и покататься по Волге на кораблике, поцеловать взасос родимую березку, и они считают, что «мы прекрасно знаем, как вы живете».
Вот именно, это мы живем тут, а не вы. Я жил в Израиле много лет. Я ни разу не участвовал в российских выборах, потому что не считал это честным. Мой голос не может учитываться там, где я не живу. Те, кто жил в России, имели право выбрать себе власть сами. То же самое я делаю, живя в России, я не участвую в израильских выборах, хоть и имею право это сделать. Просто так тоже будет нечестно».
***
Итог голосования по участку, где волонтерствовали — наблюдали Анна, Нина и автор этих строк:
Проголосовало 2 069 человек.
32 бюллетеня признаны недействительными — в них проставлены галочки более чем в одном квадрате. На некоторых при этом сделаны поясняющие надписи.
1 422 — 69 % Путин
338 — 16 % Собчак
113 — 5 % Грудинин
103 — 5 % Явлинский
20 — 1 % у Жириновского, единицы — у Бабурина, Сурайкина, Титова.